Шпион – выйди вон: Как Британия проиграла России в борьбе за Памир

Loading Likes...

Борьба за горы Таджикистана и Афганистана, так называемый Памирский кризис между Британией и Россией, 130 лет назад едва не привела к войне двух держав, но вместо этого завершилась появлением современных границ Центральной Азии

 

К 1870-м годам условные границы Центральной Азии более-менее стали походить на современные, а Россия и Англия, каждая из которых имела свои интересы в регионе, достигли в своем соперничестве шаткого компромисса.

 

Согласно Петербургскому соглашению 1873 года, сферу интересов двух держав разделяли по Аму-Дарье и ее притоку Пянджу. Де-юре суверенному Афганистану отходила большая часть территорий Бадахшана и Вахана, ставшая буферной зоной между Туркестаном и Британской Индией.

 

Но большинство земель Памира (от озера Зоркуль до китайской Кашгарии) оставались фактически “ничейными”. Реальных размеров горной местности ни англичане, ни русские не знали, так как изучение и картографирование здесь было не завершено.

 

Посольство “белого царя”

С начала 1880-х сюда устремилось множество научно-разведывательных экспедиций, где исследовательское любопытство участников отлично сочеталось с интересами генерального штаба. Руководили такими походами, как правило, люди в армейском мундире. Одним из ярчайших представителей такого рода военных-землепроходцев был генерал-лейтенант Бронислав Громбчевский – востоковед, географ, путешественник, герой одновременно и России, и Польши.

 

С середины 1870-х он нес службу в Туркестанском крае, со временем дослужившись до старшего чиновника особых поручений при военном губернаторе Ферганской области.

 

Куда больше карьерного успеха впечатляют научные достижения Громбчевского. Осенью 1885-го он посетил пограничные районы Тянь-Шаня, совершив рекогносцировку Южной Кашгарии, а через год принялся за изучение основ геодезии и картографии в Санкт-Петербургском университете. Заслуги Громбчевского в деле изучения Центральной Азии были по достоинству оценены научным сообществом, и в 1888 году генерал-лейтенант стал действительным членом Императорского русского географического общества, после чего обратился в ИРГО с предложением организовать экспедицию в Хунзу – соседствующую с Памиром область, находящуюся на территории современных Афганистана, Пакистана и Китая.

 

Экспедиция прошла 2284 версты, достигла истоков Инда, провела блестящее картографирование местности, в ходе которого Громбчевский нанес на карту “пик Цесаревича Николая” (ныне – Чогори) – вторую по высоте горну вершину земли высотой более 8600 метров.

 

Правитель Хунзы, Сафдар-Али хан, встретил посланца “белого царя” очень дружелюбно, заявил о желании вступить в подданство России, а в качестве своеобразного залога дружбы попросил винтовок и пушек – чтобы дать отпор британцам. Весть об этой встрече быстро дошла до британцев, прикормивших в Хунзе целую армию агентов и шпионов. И такой поворот им совершенно не понравился.

 

В походе Громбчевского они усмотрели не научно-разведывательную экспедицию, что было приемлемо в рамках “Большой игры”, а началом полномасштабного военного вторжения русских на спорную территорию, вмешательством в британскую сферу интересов.

 

Высокие ставки “Большой игры”

Надо сказать, что британцы мерили ситуацию по себе. Безжалостно подавив восстание сипаев и окончательно установив свое владычество в Индии, в Лондоне решили, что для короны и целого Индостана мало. А потому они начали постепенно двигаться в сторону Центральной Азии. Агентами британского влияния в духе того времени выступали картографы и исследователи-востоковеды, выполнявшие роль неофициальных дипломатов и шпионов. Немало их было и на Памире, уже за пределами условно “английских” территорий. Британия ждет от России “Большую игру” в Центральной Азии

 

Правда, некоторые их них за свою деятельность поплатились головой. Так, автор термина “Большая игра” обозначающего соперничество Англии и России, член Лондонского королевского общества, путешественник и писатель Артур Конолли закончил свою жизнь на виселице в Бухаре, будучи обвиненным в шпионаже. Да и поводом к первой англо-афганской войне в 1837 стала командировка поручика Яна Виткевича в Кабул.

 

Так что присутствие экспедиции Громбчевского англичане восприняли весьма болезненно и ответили незамедлительно. В 1889 году миссия капитана Дюранда угрозами добилась от Сафдар-Али-хана согласия на британский протекторат.

 

И раз уж Хунза и Афганистан перешли под контроль англичан, взгляд Лондона остановился на Памире. Так в 1890-м в город Кашгар из Индии прибыла британская миссия, целью которой были переговоры с китайскими властями о разделе Памира.

 

Но и в России не собирались сидеть, сложа руки, молча наблюдать за экспансией на Памир. Тем более что у русской администрации на тот момент сложились сравнительно мирные отношения с Хивинским ханством и Бухарским эмиратом, да и присутствие значительных воинских гарнизонов близ границ Памира – в Ферганской области – тоже играло на руку Санкт-Петербургу. И 14 марта 1891 года Громбчевский, тогда еще подполковник, прочел в Николаевской академии Генштаба секретную лекцию на тему: “Наши интересы на Памире. Военно-политические очерки”. Вывод доклада был следующий: памирские территории стратегически важны для обеспечения безопасности в Туркестане, и отдавать Памир на растерзание Китаю и Великобритании никак нельзя.

 

Против Китая и Британии

После чего летом 1891 года в Маргелане был сформирован специальный отряд в 120 человек под командованием полковника Михаила Ионова. В ответ британцы послали на Памир экспедицию во главе с капитаном Фраэнсисом Янгхазбендом, который должен был следить и докладывать о продвижении отряда Ионова. Дальше начинается настоящий шпионский боевик. У перевала Беик отрядом Ионова был арестован британский лейтенант Девинсон, подозреваемый в том, что он готовил нападение на русскую экспедицию руками афганских наемников, которым обещал не только деньги, но и оружие.

 

Несколько дней спустя Ионов, 14 августа встретившийся с экспедицией Янгхазбенда, взял с англичан обязательство покинуть Памир и более там не появляться, пообещав добиться своего силой.

 

Лондон в долгу не остался, и английские войска заняли Хунзу, а предлагавший русским дружбу Сафдар-Али хан оказался у них фактически в заложниках.

 

Экспедиция Ионова, пополнившаяся несколькими сотнями человек, присланных из Ферганы, окончательно превратилась в военно-разведывательный отряд, ведущий бои с китайскими солдатами и афганскими разбойниками. Так 27 июня отряд Ионова разбил лагерь на берегу Мургаб, где полковник получил сведения о засадах афганцев и готовящемся нападении китайской конницы в случае продвижения к озеру Яшикуль. Ионов решил бить первым и внезапно атаковал малыми силами, где в лучших традициях приключенческих романов отряд в рукопашной схватке с револьверами и шашками наголо разбил крупный афганский пост у Яшикуля. Тем временем его помощник, капитан Скерский, выбил китайцев из укрепления в верховьях Мургаба.

 

Следующей инцидент произошел весной в 1893-го, когда афганцы начали совершать рейды в Шугнан и Рушан, на территорию современного Таджикистана, обложив данью местное население. Чтобы положить конец такому бесчинству, в район отправился штабс-капитан Ванновский и с ним еще 12 военных. У кишлака Ему они наткнулись на афганцев, превосходивших их числом минимум в пять раз. Но у Ванновского было не количественное, а технологическое преимущество – знаменитые винтовки Мосина, впервые примененные в этом бою. В итоге бандитам пришлось спешно отступать.

 

Афганистан обретает границы

Но вот где царское правительство проявило необычайную прыть, которую никто, особенно британцы, не ожидали, – так это в логистике и строительстве. В обстановке максимальной секретности в 1894 году в Ферганской области началось строительство военно-стратегической колесной дороги на Памир через перевал Талдык на высоте 3615 метров. Она предназначалась для оперативной переброски войск, орудий и боеприпасов, работами руководил все тот же Бронислав Громбчевский.

 

После того как в сравнительной близости от условно британских владений появилась транспортная артерия, в Лондоне поняли, что этот раунд “Большой игры” остался за русскими.

 

Финалом Памирского кризиса стало Англо-русское соглашение 1895 года, по итогам которого произошло разграничение сфер влияния обеих держав в Центральной Азии.

 

Согласно договору, границей пробританского Афганистана к западу от озера Зоркуль служила река Пяндж. Афганский эмир был обязан вывести свои вооруженные отряды из Шугнана и севера Вахана, а дружественный России бухарский эмир — оставить земли к югу от Амударьи.

 

То есть именно это соглашение во многом определило границу между Афганистаном, Таджикистаном и Афганистаном, существующую и по сей день.

Поделится

Оставить комментарий

Войти с помощью: 
avatar
  Подписаться  
Уведомление о